По ночам Канеки плохо спит, то и дело просыпаясь от кошмаров и Шу больно оттого, что он знает об этом. Ведь Шу - его нож под подушккой, а значит должен исполнить основную цель такого ножа - находиться в постели своего хозяина. Цукияма не помнит точно, когда желание сьесть Кена в прямом смысле переросло в пошлое и многообещающее "Так бы и сьел!". Но он точно помнит, когда парень с побелевшими от пыток и еще чего-то волосами пришел к нему ночью и своим-не своим голосом сказал: "Давай. Прекращай смотреть на меня так. Хочешь - делай, думаю, у тебя больше опыта в этом". Теперь Канеки лежит у него под боком, укрытый одеялом. Его рука перекинута через торс Шу и черные ногти иногда царапают его бок. - Почитай мне, - просит Канеки. В руках у Шу "Висельника МакГаффина" - яркая книжка в мягкой обложке с изображением решеток на ней. Цукияма листает пару страниц назад набирает воздуха в легкие. - История заключенного 657С, чье имя не названо. В детстве мать звала меня Ясуо, что значит "честный, мирный человек". Она не знала, насколько ошибочным было это имя. В шестнадцать лет я пробрался на корабль и покинул родные края, мечтая добраться до столицы близкого мне мира и начать новую жизнь... Канеки слушает. Он никому не говорил, но после того, как Ямори раз за разом вкалывал ему в глаза гадость, которая делала его уязвимым, в его умении видеть что-то сломалось. Глаза начали быстро уставать от чтения, иногда, просыпаясь, он долго не мог сфокусировать зрение и, похоже, вскоре ему придется подумать о очках. -... А потом я увидел его. Он был из тех, о ком говорят шепотом, в кого украдкой верят, но на виду отрицают их существование, словно за это их могут сжечь, словно еретиков... Но это потом. Пока он может лежать и слушать мерный голос Шу, закрыв глаза, все может подождать. И пусть ждет.
В кокоро, господин исполнитель Я ожидал немного другого, но такое исполнение тоже очень, очень порадовало :3 Спасибо Вам :3 Очень тепло) А ещё отдельно порадовала параллель с ухудшающимся зрением и очками Хайсе.
По ночам Канеки плохо спит, то и дело просыпаясь от кошмаров и Шу больно оттого, что он знает об этом. Ведь Шу - его нож под подушккой, а значит должен исполнить основную цель такого ножа - находиться в постели своего хозяина.
Цукияма не помнит точно, когда желание сьесть Кена в прямом смысле переросло в пошлое и многообещающее "Так бы и сьел!". Но он точно помнит, когда парень с побелевшими от пыток и еще чего-то волосами пришел к нему ночью и своим-не своим голосом сказал: "Давай. Прекращай смотреть на меня так. Хочешь - делай, думаю, у тебя больше опыта в этом".
Теперь Канеки лежит у него под боком, укрытый одеялом. Его рука перекинута через торс Шу и черные ногти иногда царапают его бок.
- Почитай мне, - просит Канеки.
В руках у Шу "Висельника МакГаффина" - яркая книжка в мягкой обложке с изображением решеток на ней.
Цукияма листает пару страниц назад набирает воздуха в легкие.
- История заключенного 657С, чье имя не названо. В детстве мать звала меня Ясуо, что значит "честный, мирный человек". Она не знала, насколько ошибочным было это имя. В шестнадцать лет я пробрался на корабль и покинул родные края, мечтая добраться до столицы близкого мне мира и начать новую жизнь...
Канеки слушает. Он никому не говорил, но после того, как Ямори раз за разом вкалывал ему в глаза гадость, которая делала его уязвимым, в его умении видеть что-то сломалось. Глаза начали быстро уставать от чтения, иногда, просыпаясь, он долго не мог сфокусировать зрение и, похоже, вскоре ему придется подумать о очках.
-... А потом я увидел его. Он был из тех, о ком говорят шепотом, в кого украдкой верят, но на виду отрицают их существование, словно за это их могут сжечь, словно еретиков...
Но это потом. Пока он может лежать и слушать мерный голос Шу, закрыв глаза, все может подождать.
И пусть ждет.
Заказчик.